Здесь будет интересно!!!

Тарелочницам и тарелочницофобам,
Моё изумленье.
И стариковское порицанье.
И толика печали по делам давно минувших лет,
Преданьям старины глубокой…
Павел - мужчина солидный и очень по тем временам богатый пригласил меня на ужин.
А я красивая такая…
И ресторан был закрыт для нас двоих.
Музыканты лабали «путану» и «отель калифорния».
Еда была великолепна, или я была голодная.
Коньяк был пьяным. Шампанское сладким.
Павел шептал «я давно искал такую».
Охранники принесли букет из ста красных роз.
Прочая.
Не. Не дала. Даже в голову не пришло, что так положено. И никто не обиделся. И довезли до дома на сером мерседесе. И утром ещё прислали розовых роз и бутылку розового игристого.
Девяностые были ужасно вульгарны.
А ещё какой-то не то Сирожа, не то Андруша любил водить меня в Огни Москвы. Там его все знали. Наверное он был жулик, катала или ещё что, но вел себя шикарно и очень вежливо.
Не. Не дала. Не нравился как мужчина. А чисто погулять с ним было красиво.
Потом через родителей познакомилась с реальным банкиром. Хотел жениться и эмигрировать. Для первого свидания закрыл кабак на Баррикадной. Помните, было какое-то телешоу про любовь с первого взгляда. И там победителей направляли в ресторан, типа очень романтичный и крутой.
Вот его закрыл.
Отвратительное, надо сказать, место с плохой едой. И мужик - так себе. Липкий. Но не жадный, нет.
Не. Не дала. Шутите?
Парнишка переводчик-синхронист. Тогда синхронисты хорошо зарабатывали… забирал меня каждый день с работы и вёз в Санта Фе. Любил мексиканскую кухню и меня приучил. И слал (или привозил) мне к обеду всяких булочек и соков.
Не. Не дала. Ему надо было серьезно. А мне двадцать два. Мне любви охота. Бабочек. Парень хороший.
Ещё дед был. Ну как дед? Тридцать пять. Итальянский дед. Тому нравилось меня таскать по хорошим (именно в части кухни хорошим) заведениям и кормить вкусной едой. Не жюльенами и мясами по-французски, а как надо.
Не. Не дала. Он и не просил. Гей наверное.
И в общем, вся моя юность и там немножко и дальше была во многом про покушать за мужской счет.
Но тогда это было нормой, и ни одной из сторон в голову не приходило, что «кто даму кормит, тот ее и танцует».
И да. Мне везло.
А где не везло, съебывала. То есть, опять везло.
Динамо я, короче, была.
Но очень прикольная.
Со мной приятно было и в мир, и в пир и в добрые люди.
Ну, кстати, и сейчас мальчики моего поколения не требуют с девочек моего поколения (а может и не только) разделить счет.
Потому что у нас гендерные роли чоткие… мужчина платит, женщина радует.
И аминь.
Ибраслет…
Зы. С шестнадцати лет зарабатываю. Всегда готова была и есть платить за себя. И за того парня. Если вижу, что человеку действительно финансово неудобно заплатить, очень осторожно и не обижая или шарю счет или полностью беру расходы на себя.
Зы 2. По правде говоря, огорчает во всем этом тарелкодискурсе мелкость и мелочность. Причем, с обеих сторон.
Это же встреча, свидание, общение, интерес, радость. В том числе от красивого места и вкусной еды.
Простая такая глупая радость от простой игры.
И тащить в неё мелкие хитровыгнутые смыслы… портить игру. Шпильбрехерствовать.
Богатыри не вы.

Ляля Брынза