15:55 Так вот! | |
Министерство (Пятничная рассказявка №305) Закрытое совещание президента с правительством началось необычно. По правую руку от главы государства сел никому незнакомый лысый толстяк. Пока шло собрание, он глупо улыбался и хлопал глазами, то и дело смотрел в телефон и что-то черкал в толстом блокноте. Министр финансов скосил взгляд: на листочках в клеточку толстяк рисовал то цветочки, то котят, то голых женщин. Очень реалистично рисовал, должны мы заметить. — А теперь, — президент обвел министров тяжелым взглядом, — я хочу объявить о создании нового министерства. Государственные мужи переглянулись. Обычно, такие внезапные преобразования ничего хорошего им не обещали. Впереди были переделы сфер влияния и бюджетных потоков. — Я подписал указ о создании Министерства Херни. Министр образования закашлялся. — Что, простите? — просипел глава природных ресурсов. — Если плохо слышите, у вас рядом врач сидит, пусть посмотрит после заседания, — президент был явно раздражен, — еще раз, для глухих: Министерство Херни. А вот руководитель нового ведомства. Толстяк поднялся, коротко поклонился, отсвечивая лысиной, и тонким голосом заявил, что он рад и готов взяться за такой сложный участок работы и надеется на сотрудничество коллег. Министры переглядывались с недоумением, в глубине души подозревая президента в помешательстве. — А чем будет заниматься ваше ведомство? — отозвался министр обороны. — Как чем? — толстяк хихикнул, — херней, конечно. У нас в стране её много, должен же хоть кто-то делать это профессионально.
— Чудит Папа, — качал головой министр сельского хозяйства, — дай бог, чтобы спокойно последний срок досидел. Коллективно решили, что синекуру для лысого можно было подобрать и не такую кричащую. Один только министр иностранных дел, умница и философ, дипломатично улыбался уголками губ. Внимательный наблюдатель мог бы заметить, что улыбка выходила печальной.
— Вот уж действительно работка - хернёй маяться, — хмурил брови министр МЧС, но в голосе сквозила легкая зависть.
— Пожалуй, на этом можно закончить. Ни у кого больше нет замечаний? Премьер закрыл папку и собирался встать, когда его прервал толстяк. — У меня есть. — Прошу вас, — премьер усмехнулся, — неужели наблюдается недостаток херни? — Скорее наоборот, — толстяк уставился немигающим рыбьим взглядом на министра связи и массовых коммуникаций, — что за херню вы творите? — Что, простите? — Устроили цирк, с этим мессенджером. Как его там, Телеграф? Не можете заблокировать — не беритесь. Не надо выставлять правительство идиотами. — Нет уж, позвольте… — Не позволю! Мы проанализировали затраты вашего министерства: как минимум треть вашего бюджета уходит на херню. Завтра мы начинаем аудит вашего ведомства, с соответствующими выводами и мерами по оптимизации. Прошу ФСБ оказать силовую поддержку, во избежание эксцессов. — Вы не имеете полномочий! — сорвался на визг министр. — Имеет, — мрачно буркнул премьер. Остальные министры застыли статуями. И только глава дипломатов всё также печально улыбался.
На очередном совещании правительства министр финансов искоса посматривал на толстяка. Споря сам с собой, кого сегодня будет потрошить лысый маньяк. И вдруг понял: никакая у него не глупая улыбка. Это и не улыбка вовсе, это кривой оскал акулы, выбирающей жертвы. Сейчас еще поплавает кругами, наведет жути и ухватит за афедрон очередного чиновника, жирненького и вкусного. От такого прозрения министру стало не по себе.
Сказанное в шутку, в одном из кабинетов на Лубянке, слово обернулось сначала долгой аналитической работой, странными исследованиями на стыке магии, шаманизма, лингвистического анализа и серьезными социологическими выкладками. А затем докладом на самый вверх. В самом высоком кабинете прозвучало — “херня”, в философском смысле, подчиняется закону сохранения. И для того, чтобы уменьшить её на просторах страны, надо сконцентрировать в одном месте. “А не долбанет?”, - хмуро пошутил директор ФСБ, нервно барабаня пальцами по столу. “А попробуйте, хуже точно не будет”, - усмехнулся президент. Отдуваться пришлось изобретателю. Что самое страшное — идея сработала. Машина въехала в гараж главного здания ведомства. Толстяк покинул уютное кресло и тяжело потопал в сердце министерства. Там, в большом зале, творилось невообразимое. Взрослые, солидные люди в костюмах, занимались полным безумием. Один штамповал как заведенный куличики в импровизированной песочнице. Другой жонглировал сразу пятью шариками. Третий удил рыбу в эмалированной ванне. Кто-то пел матерные частушки. Кто-то изображал сеанс стриптиза с помощью швабры. Группа женщин в вечерних платьях, рассевшись на корточках в кружок, играли в дурака на щелбаны… Все делали то, что и должно министерство — занимались невообразимой, чистой, как слеза младенца, херней. Министр вздохнул в последний раз, снял туфли и нацепил глупые розовые сланцы. Подхватил ведро полное конфетти, расхохотался и понесся среди сотрудников, щедро рассыпая цветные кружочки. Чудесным образом увеличивая степень херни около себя и равномерно убавляя на территории от Калининграда до Владивостока. автор Александр "Котобус" Горбов
| |
|
Всего комментариев: 0 | |